Город в кино, кино в городе. Слышно ли меня?

Конец эры молчания был действительно громким делом. Мария Домбровская записала в дневнике 19 марта 1930 года: „Вчера мы были на полностью звуковом фильме. Очень это некрасиво”. Решительно протестовал писатель, публицист Адольф Новачиньский в статье „Пусть и дальше будет «Великим Немым»” („Кино для всех” 1929, № 81). Всё удовольствие в том, что они там на экране двигаются, любят, подглядывают, обманывают, ненавидят, колотят, бьют, убивают... но что делают они всё это тихо, молча, не болтая три по три, не плетя, что слюна на язык принесёт Говорили, что звуковой фильм напрасно конкурирует с театром. Против звуковой новинки протестовали киношники, которым пришлось приспособить залы к требованиям звукового кино. Неуверенны в своей работе были также тапёры. Однако со звуковой дорожки уже не было возврата. В Варшаве новую эру открыл 27 сентября 1929 года показ „Поющего клоуна” с Элом Джолсоном в кинотеатре Splendid. Тогдашний „Курьер Варшавский” восхищался: „Наконец услышит и увидит Варшава, как гениальный певец и актёр, солнце кинематографической Америки Эл Джолсон увлекает своим чудесным голосом”. Звук менял не только фильмы, но и сами кинотеатры. Одним из первых варшавских кинотеатров, спроектированных с учётом новой технологии, был „Atlantic” на улице Хмельной 33, открытый в 1930 году. Источник: Dom Spotkań z Historią